Главная » Статьи » 2012 год

ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВЫ РУССКОГО НАЦИОНАЛ-СОЦИАЛИЗМА

ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВЫ РУСКОГО  НАЦИОНАЛ-СОЦИАЛИЗМА

     Факт, многократно засвидетельствованный историей, отраженный в императиве науки: будучи частью природы, человек не может творить историю по своему собственному произволу, исходя из своих субъективных интересов, желаний и предпочтений. Его деятельность  продуктивна и эффективна лишь в том случае, если она сообразуется с объективными законами самого бытия. Поэтому любая идеология как  субъективно выражающая взгляды, ценности и ценностные ориентации  социальных общностей  должна иметь объективную основу, т.е. соответствовать имманентной логике самого исторического процесса. Проще говоря, должна носить научный характер. Несоблюдение этого  необходимого условия превращает идеологию в утопию, попытки реализации которой могут иметь, в лучшем случае, нулевой результат, в худшем - : разрушение общества.

     Почему мировая социалистическая система, казалось бы, уже прочно утвердившаяся я мире и двигавшаяся к своему триумфу потерпела, в конечном счете, фиаско? Тут можно было бы назвать тысячу причин и каждая из них имела бы свой смысл, свое  ratio.  Однако, если не порхать мотыльком по поверхности явлений, а заглянуть  в суть дела, тут же обнаружиться: глубинная причина заключалась в том, что идеология социализма в том ее содержании, какой придали ей Маркс и, в особенности,  «творчески развил» Ленин, во многом оказалась противоречащей законам мирового общественного развития. Тот же результат будет иметь и идеология глобализации,  настырно навязываемая человечеству «мировой закулисой» (Ильин).  Ибо  при всем их очевидном различии, по большому счету,  это даже не  две  доктрины, а две ипостаси одной и той же доктрины, страдающей одним и тем же органическим пороком: стремлением подогнать человечество под одну колодку.  Однако природа  не любит не только «пустоты», она не любит и единообразия. И никакие «саммиты», никакой «интернационал» и никакое «мировое правительство» не в состоянии ничего здесь изменить. Это не только теоретический концепт, но и эмпирический факт. Скажем, один человек тождественен другому человеку -  и тот и другой принадлежат к одному и тому же биологическому виду. Но попробуйте  обнаружить двух абсолютно одинаковых людей.

     Французский мыслитель Рене Декарт как-то заметил, что уровень философской культуры есть свидетельство цивилизованности общества.  И никакого преувеличения тут нет. Особая роль философии в жизнедеятельности общества определяется самим предметом ее исследования как науки, а следовательно, ее содержанием и теми функциями, которые она выполняет в системе научного знания, в реальном процессе общественного развития.

     Человеческая деятельность как способ существования общества, как средство реализации человеческой истории имеет свою внутреннюю логику. Она, деятельность, во-первых, должна иметь четко осознаваемую цель, ибо как таковая не несет цели в себе, не является самоцелью, деятельностью ради самой деятельности.  Во-вторых, должна иметь в наличии необходимые средства, ведущие к ее реализации. Если эти средства окажутся неадекватными, цель останется не реализованной.

     Как особая наука философия призвана дать цельную картину мира,  определить место человека в этом мире и тем сориентировать его поведение в нем. То есть, в отличие от других наук, имеющими дело с различными частями (сторонами, аспектами) бытия, философия имеет своим предметов бытие как таковое,  бытие как единое целое,  всеобщие закономерности, которым оно подчинено в своем существовании и развитии. Поскольку же для решения этой задачи требуется соответствующий  логический инструментарий, то отсюда вытекает и другая задача философии, органически вытекающая иэ первой: вооружить человека искомым инструментарием. Решение этих задач и реализуется в функциях философии – мировоззренческой и общеметодологической (логической).

     Откуда же берет философия тот логический инструментарий, с помощью  которого она осмысливает мир и  исследует его законы? Да и нужно ли его еще откуда-то «брать»? Разве каждый  не  «сам с усам» и разве не у каждого «ума палата»? Разве человек не рождается с уже  готовой способностью мыслить? Конечно, любой человек обладает мышлением. Вопрос лишь в том, каким мышлением он обладает и откуда эта способность взялась? Увы, она не дана человеку априори, не заложена в нем  изначально. Мышление человека –  продукт длительного исторического развития. Никакими своими собственными, присущими только ему,  законами мышление не обладает.  Законы, по которым мы мыслим, это законы бытия, которые мы, познав, превратили в законы нашего мышления. То есть мы «умны» в той мере, в какой  познали законы бытия,  и «глупы» в той мере, в какой не познали их. Поэтому отношение между законами бытия и мышления носит противоречивый характер – они и тождественны, и различны, .Разрешение и вечное воспроизведение этого противоречия и есть глубинный источник нашего познания. Но это как раз и означает, что искусство мыслить – это великое искусство, которому необходимо учиться.

       В мою задачу не входит развивать здесь эту тему. И обращаюсь я к ней только лишь потому, что эти элементарные, апробированные многовековой историей развития философии  истины оказываются неподъемны для современного философского постмодернизма.  Возьмите любой вышедший в последние десятилетия учебник по философии и вы прочтете:  философия в ее классической форме  безнадежно устарела,  ее предмет радикально изменился и  задачей является  отныне «рефлектирование над основаниями культуры». Как, с помощью какого логического инструментария эти нанофилософы намерены «рефлектировать над культурой» - такого вопроса им даже в голову не приходит. Стоит ли после этого удивляться, что философия выродилась в претенциозное пустозвонство, в продуцирование «симулякров», терминологических пустышек, лишенных какого бы то ни было реального содержания. Зато этот дремучий непрофессионализм, отсутствие элементарной философской культуры с лихвой компенсируются лавинообразным потоком докторов и кандидатов философских наук, которые по своей численности уже превзошли количество Народных артистов России и скоро превзойдут количество эстрадных коптильников.  Как пример. Философия, уверяют нас, не наука. Но если это так, если философия не наука, то на каком основании ты, мыслитель, напялил на себя степень доктора философских наук? Такая вот высокоученая шизофрения. Так называемое «экспертное сообщество» под стать нынешним постмодернистским «мудрецам». Я как-то уже писал, что не смотрю ни Жванецкого, ни Хазанова – пошло, плоско, пресно, как еврейская маца. Зато не упускаю случая посмотреть посиделки «экспертов», организуемых телевизионными каналами по случаю тех или иных политических событий. Сколько  неподдельного, живого юмора!

     Оставим, однако, наших баранов и обратимся  к означенной теме. Как было сказано, идеология – это система взглядов, ценностей и ценностных ориентаций, выражающих фундаментальные, стратегические интересы социальных общностей: наций, сословий, классов и т.д.  По своей мотивации идеология носит, таким образом, субъективный характер. И этот ее субъективный характер очевиден. Каждая социальная группа имеет свои интересы, свои потребности, которые пытается обосновать, отстоять и реализовать.   Имеет свою мотивацию и русский национальный социализм. Есть русская нация и есть ее национальные интересы,  Есть люди, принадлежащие к этой нации,  стремящиеся сохранить свою национальную идентичность, создав условия для  сохранения и  процветания нации, частью которой они являются.  Люди, для которых нация  есть высшая ценность. Все это совершенно естественно.

     Однако одной только субъективной мотивации совершенно недостаточно. Вопрос заключается  в том, можно ли и как реализовать эти идеологические установки. Имеются ли к тому объективные основания? Иными словами, соответствуют ли они объективным тенденциям мирового процесса или противоречат им? Только ли это «состояние  души» или жизненная необходимость? Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо, видимо, обратиться к самим этим  объективным тенденциям.

     Современный политический бомонд и обслуживающая его интеллектуальная жакерия уверяют, что особенностью современного развития является глобализация мира, несовместимая с архаическим национализмом. Давайте все-таки уточним понятия. Что мыслится под глобализацией? Если под глобализацией понимать процесс консолидации мирового сообщества, детерминированный развитием науки и техники, усложнением системы общественных взаимосвязей – экономических, политических, духовных, то  это вовсе не особенность современного этапа мирового развития. Человечество движется по этому пути  на протяжении всей своей истории. В этом своем содержании идея глобализации ничего нового в себе не содержит. Корабейники идеологии глобализации просто плохо знают историю. Что отнюдь   не значит, что что-то другое они знают лучше.   

     Все дело в том, однако, что ее адепты вкладывают в идею глобализации  иной смысл.  Под глобализацией они понимают унификацию. Унификацию в экономике, политике, культуре. В такой трактовке идеология глобализации не только антинаучна, т. е. противоречит объективным законам бытия, но и глубоко реакционна  политически. Отражает не реальный исторический процесс, а всего лишь шкурные интересы мирового спекулятивно-ростовщического кагала, пытающегося диктовать миру свои нормы поведения. Путь унификации человечества – это путь, ведущий человечество к деградации, дорога в небытие. Ибо  социальная энтропия так же противоестественна, как и энтропия  в природе. Она лишает систему внутреннего источника развития и тем обрекает на смерть.

     Факты свидетельствуют, что современная  цивилизация развивается во взаимодействии двух противоречивых тенденций  -  глобализации и национализации. Для философского мышления удивительного в том ничего нет. Мир вообще существует в форме противоречия всеобщего и единичного. Указанные  две тенденции  являют собой   лишь частный случай этой  общей закономерности.  Да, мир един и подчинен  всеобщим, универсальным законам. Но это тождество не абстрактное, как мыслит его себе формальная логика, а конкретное, диалектическое, включающее как необходимую свою сторону различие. Мир един, ибо нет в этом мире ничего, кроме материи. И в то же время  многообразен, ибо материя существует не иначе, как в бесконечном многообразии различных материальных систем. Говоря философским языком, мир есть тождество многообразия и многообразие тождества. Социальный мир  как часть мира природы подчинен этой же закономерности. Мировое сообщество – это не логическая абстракция, это реальность. Но эта реальность - не некое подобие Соляриса Станислова Лема. Она  структурирована на  различные человеческие общности и только в такой форме существует и может существовать. История человечества дает тому неопровержимые доказательства. Мне нет необходимости приводить аргументы – каждый при желании может привести их сколько угодно.

     Впрочем,  для этого совсем не обязательно совершать экскурсии в историю. Не менее доказательна современность. Сколько интеллектуального пороху было истрачено, сколько усилий приложено, чтобы убедить человечество в благодатности «общечеловеческих ценностей»,  «демократических стандартов» и прочей мышеяди. И каков результат? А никакой. Ну не желает человечество облекаться в униформу. Подлинный бум национализма переживает Латинская Америка. Растет и крепнет национализм в Африке и Азии. Каждый народ стремится обустроить свой государственный дом по-своему, в соответствии со своими национальными традициями. Даже уже сколоченный единый европейский дурдом, куда М.Горбачев приглашал нас поселиться,  расползается по швам. Президент Чехии недавно вполне «политкорректно» дал понять, что его страна не намерена во имя Евросоюза жертвовать своим национально-государственным суверенитетом. Можно ли сомневаться, что президент Чехии не останется в одиночестве? Но если даже чиновники заговорили языком националистов, то что думает по этому поводу народ, который оные чиновники давно разучились о чем-либо спрашивать. И чем может обернуться попытка насильственно глобализовать мир в той форме, в какой желали бы это сделать мудрецы из Римского и Бельдербергского клубов, Трехсторонней комиссии и прочих мондиалистских гадюшников? Еще раз оговорюсь, что речь веду не о глобализации как таковой, от которой человечеству никуда не деться. Речь о той форме, которую сшили для нее портняжки из спекулятивно-ростовщических контор.

     Нужно быть интеллектуально глухим и политически незрячим, чтобы не видеть очевидного: национализм – течение отнюдь не маргинальное, обретающееся где-то на задворках общественного сознания и реальной политики, каковым его желали бы представить «общечеловеки», а идеология (и политическое течение), субъективно отражающее одну из сторон (тенденций) объективного  мирового исторического процесса. В этом своем качестве он не менее закономерен и эвристически плодотворен, нежели глобализм. Для первого случая для меня этого вполне достаточно. В какой форме реализует себя в мире эта диалектика национального и интернационального, сказать не берусь -  я не Кассандра, не Нострадамус и даже не уличная цыганка. Да и интересует меня не национализм вообще, а русский  национал-национализм.

     В этой связи мне вновь придется возвратиться к марксизму. И не только потому, что как социалистические идеологии они имеют много общего. Не только потому, что, как я уже писал, ничего лучшего по глубине теоретического осмысления социальной реальности общественная наука предложить пока не смогла, и. следовательно, задача национал-социализма заключается не в том, чтобы  просто отбросить марксизм, а чтобы, как сказал бы Гегель, «снять» его, т. е  сохранить все ценное, что в нем содержится. Причина в другом:  по поводу марксизма говорится и пишется много такого, что к марксизму не имеет ни малейшего отношения.  Например,  можно прочесть: «Является ли национал-социализм разновидностью марксистского, коммунистического? Нет. Поскольку при коммунистической форме распределения любой бездельник оказывается в привилегированном положении» (http://orden.ws/index.php/component/content/article/37-2008-07-22-09-12-07/774-hrolv99-) Позволительно было бы спросить уважаемого автора: у какого Маркса он все это вычитал? Карл Маркс ничего подобного не писал и написать не мог. Основной экономический принцип социализма сформулирован им так: «От каждого по способности, каждому по труду». И этот принцип не толбко совместим с русским национал-социализмом, это и его собственный экономический принцип. Автор, видимо, имеет в виду ту практику, которая существовала в СССР, в особенности в послесталинские времена. Но причем тут Маркс? Претензии не по адресу.  

     Дальше больше.  Автор предлагает ликвидировать классовую борьбу, оставляя «крупный бизнес»  И вновь вопрос: как умудряется он удерживать в голове два взаимоисключающие друг друга положения: уничтожение классовой борьбы и сохранение «крупного бизнеса»? Заставить «крупный бизнес» работать на нацию – из области фантазий. «Крупный бизнес ориентирован на прибыль. Он пойдет туда, где норма прибыли выше. И плевать ему на нацию и национальные интересы. Документально засвидетельствовано: во время Первой мировой войны «крупный бизнес» стран Антанты окольным путем, через нейтралов,  снабжал Германию  стратегическими материалами, необходимыми ей для производства оружия. То есть был соучастником убийства собственных граждан.  Автор может этого не знать. Но кинофильм «Двенадцать мгновений весны» он,  конечно, смотрел. Обратил ли  внимание на реплику Вилли Щварцкопфа, что немецкие фирмы даже во время войны  не прерывали сотрудничества с некоторыми фирмами антигитлеровской коалиции?  Оберфюрер Шварцкопф говорил сущую правду.

     Бизнес, поскольку он ориентирован на прибыль и только прибыль, космополитичен по самой своей сути. Во имя прибыли он пойдет на все, не исключая торговлю национальными интересами. Иным он быть просто не может. И, как гласит народная мудрость, черного кобеля не отмоешь до бела. Над автором, видимо, довлеет опыт немецкого национал-социализма (гитлеризма). Однако давно и не мной было замечено, что в немецком национал-социализме, кроме названия, социалистического  по сути мало что было. Эта была жестко организованная система, созданная для ведения войны. Да, Гитлер заставил «крупный бизнес» работать на нацию.. Но то же самое сделали Черчилль в Великобритании и Рузвельт в США, хотя не о каком национал-социализме они не говорили не мечтали.

     Русский национал-социализм действительно не является разновидностью марксистского. Это разные формы социализма, в чем-то тождественные,  в чем-то принципиально несовместимые. В этом «чем-то» и все дело. Что объединяет русский национал-социализм с марксизмом? Прежде всего научный подход к идеологии социализма. Русский национал-социализм всецело разделяет вывод Маркса, что социализм «не выдумка мечтателей», а закономерная ступень в развитии общества, детерминированная объективной логикой материального производства. В рамках сложившейся при капитализме системы экономических отношений производство далее развиваться не может, а следовательно, ставит под угрозу само существование  человеческой цивилизации. Экономика капитализма служит ныне не целям создания материальных условий жизни общества, а целям извлечения прибыли любой ценой, не считаясь ни с какими цивилизационными издержками. Достаточно сослаться на то, как капиталистический мир реагирует на вполне реальную экологическую катастрофу, которую ожидает наша планета. Думаю, факты мне приводить не надо – они и на виду, и на слуху. Поэтому замена частной собственности на средства производства общественной  является объективной необходимостью. В прежней форме  экономическая система  не только антигуманна, не только  неэффективна, но просто разрушительна. Глобальный  кризис, терзающий экономику  современного капитализма, бесполезность лекарств, предлагаемых «мировыми лидерами» для ее лечения, – нужны ли еще какие-то иные  тому доказательства?

     Именно поэтому идеология русского национализма –это идеология социалистическая. Вне организации экономики на принципах социализма сохранить Россию и русский народ уже невозможно.  Таково наше credo. Но здесь, видимо, необходимо внести ясность в ряд вопросов, вызывающих разногласия.  Некоторые соратники весьма болезненно воспринимают идею ликвидации классов и фатальность борьбы между ними  при их сохранении. Что тут сказать? Меня не покидает мысль, не смешивают ли они классовую структуру общества с общественной структуризацией? Структуризация общества связана с разделением труда и «ликвидировать» ее невозможно в принципе. Иное дело классовое деление общества. Оно  связано не просто  с разделением труда.  Каков сущностный признак, лежащий в основе разделения общества на классы? Таковым  является, как говорит марксизм, отношение к средствам производства – является ли человек частным собственником или нет.  Это верно, но этого недостаточно. Вопрос еще и в том, как, для какой цели человек эту собственность использует. Сплошь и рядом слышим: собственник – трудяга,  тратит много умственной и физической энергии, поэтому его деятельность эффективна. Но ведь дело не в физических и умственных затратах как таковых. Вор-медвежатник, вскрывая сейф, видимо,  тоже обливается потом. Назовем ли мы его трудоголиком? Когда мы говорим о труде, имеется в виду общественно необходимый труд, труд как условие существования общества. Труд капиталиста направлен на извлечение прибыли. Она является источником его личного обогащения за счет эксплуатации чужого труда.  И не только отдельного человека, но  и общества в целом.  В этом смысле он просто социальный паразит. Разве собственность нынешних российских олигархов не есть овеществленный труд старших поколений?

     Если бы, владея собственностью, капиталист оплачивал труд рабочего эквивалентно создаваемой им стоимости, никаким эксплуататором он не был бы. Поэтому русский национал социализм ликвидирует частную собственность не потому, что она частная, а потому, что является источником социального паразитизма. Что касается формы труда, то Бога ради, занимайся чем угодно – хоть производством, хоть его организаций. В зависимости от твоих способностей и наклонностей. Лишь бы это труд был общественно необходим. Скажем, в Московской Руси  дружинники  князя наделялись землей вместе с обрабатывавшими ее крестьянами. Был ли он «бизнесменом»? Нет, здесь мы имеем дело просто с разделением труда: дружинник обязан был защищать Русь от ворогов,  крестьянин – его содержать. И каждый на своем месте нес «государеву», т.е. государственную,  службу. Эта система была сломлена «великим Петром», превратившим дворянство в класс социальных паразитов. Петр Ш своим указом «о вольности дворянства» завершил лишь то, что было начато Петром1. И если уж на то пошло, то виновником  трагедии России  1917 года были вовсе не большевики и даже не фигляр Керенский – они были всего лишь исполнителями,  а российская аристократия. Именно она  подготовила  ее своим классовым эгоизмом.

     Частная собственность как таковая является причиной классовой борьбы потому и в той мере, в какой она является источником эксплуатации и рассадником социального паразитизма. И она не устранима, пока классы существуют. Думать иначе, значит ходить не по грешной земле, а витать в заоблачных эмпиреях. Заставить «крупный бизнес» служить нации, о чем грезят некоторые русские национал-социалисты, значит проявлять крайнюю степень политической слепоты. С таким же успехом вы можете заставить волка сменить диету – с животной перейти на вегитарианскую. Или Абрамовича вкладывать деньги не в зарубежные спортивные клубы, яхты, старинные зарубежные аристократические дворцы, а хотя бы в строительство и содержание больниц в России. Недавно Путин сурово предупредил: если ты гражданин России, то должен держать капитал в России, а не за рубежом. Вот уж не подумал бы, что кадровый разведчик может быть столь наивен.  Во избежания недоразумений специально оговорюсь, что, ведя речь о «бизнесе», я  имею в виду класс, а не отдельных его представителях, которые, конечно же, не делают и не могут делать погоды.

     В чем русский национализм принципиально противостоит марксизму? Оставляя в стороне частности, скажу о главном.  Марксизм совершенно прав,  рассматривая нацию как исторический продукт. Как особая историческая общность нация появляется лишь на определенном этапе общественного развития, сменив такие ее формы. как род и племя. Но он глубоко ошибается, связывая   судьбу наций  с капитализмом и его исторической судьбой. Согласно марксизму, нации формируются только с установлением капиталистических отношений (именно поэтому он и ввел в научный оборот понятие  народности, которая в сущности ничем не отличается от нации) и «отомрут» вместе с переходом общества к социалистической формации. Логика Маркса понятна. Если социализм может победить лишь во всемирном масштабе – а именно такова точка зрения Маркса,  сохранение нации как особой человеческой общности теряет смысл. Все системообразующие признаки нации – национальная территория,  собственная экономика,  культура, традиции и т.д. исчезнут, а вместе с ними уйдет в небытие и нация. Человечество организуется в единую мировую систему, основанную на принципах всечеловечности (интернационализма).

     Однако такая позиция противоречит объективной логике бытия. Как было сказано выше, мир реально существует лишь в форме противоречия всеобщего и единичного, общего и особенного. Лишая его этого противоречия, мы превращаем  понятие мир в пустую мыслимую абстракцию. Можно гадать и спорить, в какой форме реализуется эта диалектика в будущем человечества. Одно не подлежит сомнению: оно, человечество, не превратиться в некую аморфную социомассу, как это следует из логики Маркса. Логика идеологии, если она претендует на научность, не может противоречит объективной логике бытия. Не случайно позиция Маркса стала подлинной головной болью для его последователей. Они, в частности, вопреки Марксу, вынуждены были ввести в научный оборот понятие «социалистической нации», отличив ее от нации «капиталистической».  Измыслили «советский народ» как новую историческую общность, которая исчезла вместе с исчезновением Идеологического отдела ЦК КПСС. Это был, конечно, паллиатив.

     Повторяю: гадание на кофейной гуще не входит в методологический арсенал ученого. Спорить о том, сохраниться ли в будущем национальная стратификация общества или нет – дело пустое, схоластическое. Как политики мы должны исходить из фактов и опираться на факты. Факты же говорят в том, что на современно уровне развития  цивилизации человечество существует и может существовать лишь в форме наций. Поэтому и социализм реально может существовать сегодня только в форме национального  социализма. Впрочем, если уж вступать в область прогнозов, необходимо учесть, что нации имеют не только социальную, но и биологическую (расово-этническую) компоненту. А биологическое (природное) менее всего подвержено человеческому регулированию.  И если будущее  мировое сообщество будет структурировано – а иначе существовать оно просто не сможет, то нации как форме человеческой общности уготована долгая жизнь.

     Следующее принципиальное отличие русского национал-социализма от марксизма состоит во взглядах на сущность государства и его будущее. Согласно марксизму, государство возникает вместе с возникновением классов,  являясь продуктом классовых противоречий. С появлением частной собственности общество поляризуется на класс имущих и неимущих, а вместе этим возникает и возможность эксплуатации одного класса другим. Дабы эта возможность перешла в действительность, «потребовался особый орган, который узаконил бы право имущего класса на эксплуатацию неимущего и господство первого над последним. И такое учреждение явилось.  Было изобретено государство»  (К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч. т.20, с.163).

     Здесь допущены две ошибки. Во-первых, общественная дифференциация редуцирована до деления общества на классы. Во-вторых, государство как форма политической организации самого общества отождествлено с органами управления государства (государственной властью). Предрассудок, который разделяется всем современным обществоведением – социологией, политологией, теорией государства и права и т.д. Проник он и в документы русского национал-социализма. Об этом свидетельствует, в частности, тезис: не нация для государства, а государство для нации. Государство, таким образом, выносится за пределы нации, как нечто внешнее ей. Корректно (теоретически грамотно)  следовало бы сформулировать (если уж есть в том необходимость) так: не нация (народ) для власти, а власть для нации (народа). Отождествление государства с органами его управления отнюдь не безобидно. Оно тянет за собой целый шлейф весьма пагубных для общества последствий. Именно оно превратило политику как важнейшую сферу человеческой деятельности в «политические технологии», служащие целям удержания власти. Об этом я уже неоднократно писал, но, к сожалению, все впустую. Увы, предрассудок слишком глубоко проник в общественное сознание.

      Вопреки марксизму,  истинная причина возникновения государства такова.  С процессом разделения труда, появлением различных социальных групп (и не только классов) с их особыми групповыми интересами  отношения между людьми достигают такой степени многообразия и сложности, что их  стало уже невозможно регулировать с помощью старых методов родоплеменной организации. Необходимо возникает новый тип самоорганизации общества – государство, суть которого состоит в том, что это форма политической самоорганизации, т.е. организации, основанной на взаимно взятых гражданами на себя обязательствах и вытекающих из этих обязательств правах, закрепленных в системе законодательства. То есть государство – это не система власти, Это система гражданского общества, народ,  самоорганизовавшийся для совместной жизни. Это политическая форма самоорганизации народа.   Не следует только примитивизировать: собрались-де люди, пустили по кругу трубку и заключили между собой «общественный договор». Род превратился в государство, а люди  - из дикарей в граждан. Формирование государственной формы организации общества – это процесс, протекавщий во времени.

     Я суммирую:

1.     Поскольку человечество реально существует и может существовать только в структурированной форме и поскольку доминантным элементом такой структуризации является сегодня нация, постольку идеологией русского народа (нации)  может быть только идеология национальная;

2.     Отношение государства и нации – это не отношение двух реальностей, это  отношение содержания и формы, где содержание составляет этнос (нация), форму – государство. Нет нации вне государства и государства вне нации. Поэтому идеологией русского народа может быть только национально-государственная идеология;

3.     Поскольку органы государственного управления (власть) призвана организовать жизнь в соответствии с волей нации и в ее национальных интересах, постольку власть в  русском государстве может быть только русской национальной властью;

4.     Поскольку при современном уровне развития производительных сил общество может обеспечить материальные условия своего бытия лишь при социалистической форме организации материального производства, постольку идеологией русского народа может быть  сегодня только социалистическая идеология

   Конкретной политической программы русского национал-социализма я здесь касаться не буду. Об этом мне уже доводилось говорить в ряде статей.  Хотелось бы. лишь еще раз акцентировать внимание на следующем.  Россия  вполне самодостаточна. Самодостаточна территориально, геополитически, экономически, демографически, научно-технически, интеллектуально. Этим и должна определяться особенность программы  русского национал-социализма. Именно этот постулат должен быть положен в ее основу, из него  надо исходить  Именно из этого, а не шаря по национал-социалистическим источникам и адресуясь к чужому опыту. Что, впрочем, тоже не бесполезно. Но только как предмет для осмысления, но не подражания. А то ведь может дойти до того, что каждый русский национал-социалист обзаведется усами и челкой бесноватого немецкого фюрера.

     И в заключение. Менее всего мне хотелось бы украшать себя лаврами гуру русского национал-социализма. Предлагаемый материал – это частные размышления одного из его сторонников и в качестве таковых не более чем предмет  для осмысления и дискуссии.

 


Категория: 2012 год | Добавил: 7777777s (18.11.2012)
Просмотров: 540 | Теги: леонидович, акулов, ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВЫ РУССКОГО НАЦИОНА, валентин