Главная » Статьи » 2012 год

НАУКА И НАУКООБРАЗНОЕ ПУСТОЗВОНСТВО

                 НАУКА  И  НАУКООБРАЗНОЕ ПУСТОЗВОНСТВО

 

         Меня  крайне настораживает  тенденция, которая,  подобно  чуме  или  СПИДу, свирепствует в среде наших интеллектуалов.  Заразившись всякого рода «симулякрами», в изобилии поставляемыми на интеллектуальный рынок  западной пропагандой, они начинают  готовить из них свою собственную интеллектуальную окрошку.  Сегодня  едва ли не самым модным стало требование разработки  для России новой идеологии, соответствующей  уже вступившему в свои права «информационному» веку.  Для того,  чтобы решить, так  это или не так, необходимо, по меньшей мере, знать, что такое идеология и что такое «информационное общество»,  Пишущая  же наша братия: в массе своей,  жонглируя словами,  не утруждает себя заботой вдуматься, что сии словеса означают,  какой смысл  несут в себе.

     Довелось мне как-то участвовать в научной конференции. Один из выступавших, увенчанный всеми мыслимыми и немыслимыми учеными степенями и званиями,  в докладе,  посвященном эволюции культуры, уверял, что традиционное  общество принципиально отличается от индустриального тем, что первое было ориентировано на использование  уже  готовых орудий труда, а второе   -  на их совершенствование.  Этому высокотитулованному мужу даже в голову не пришла та простая мысль,  что само слово  «культура», об эволюции которой он взялся толковать, латинского происхождения и этимологически  связано с понятием  «совершенствовать что-либо». А античное общество, насколько мне известно,  не относят к «индустриальному»  даже сами сторонники подобной классификации этапов общественного развития.

     Что такое идеология? Это система взглядов, ценностей и ценностных ориентаций, в которых находят свое  отражение фундаментальные, стратегические интересы социальных общностей: наций, сословий, классов и т.д.  И  эта  сущность идеологии остается  неизменной для любого общества, для любого этапа его  развития. Нужно различать  сущность и содержание,  содержание и форму,  цели и средства,  У наших интеллектуалов все это смешано в невообразимый винегрет. 

      Для процесса своей жизнедеятельности человек нуждается в пище, одежде, жилье. И этих потребностей не в состоянии изменить никакое «информационное общество», никакой  «модерн» и  «постмодерн». Человек хочет быть хозяином в собственном доме,  а не  слугой государственного чиновника. И эту его потребность тоже ничто не в состоянии изменить. Он хочет дать своим детям добротное образование, чтобы они заняли достойное место в жизни.  И  это его желание не изменит никакая общественная эволюция. Иное дело, что  раньше человек довольствовался хлебом, щами, да кашей-размазней,  а нынче   - подавай ему всякого рода деликатесы и разносолы.  Раньше он вполне был доволен, если имел холщевые штаны и рубаху,  лапти на ноги,  сегодня – бежит к Кордену. Раньше ему нужна  была курная изба,  баня и  сортир в огороде. Сегодня – подавай ему благоустроенную квартиру  «со всеми удобствами». Чтобы удовлетворить  все эти свои потребности раньше ему нужна была лошадь, соха,  ткацкий станок, Сегодня  -  целая индустрия, пищевая,  текстильная, обувная, строительная.  Потребности остались прежними,  цели  тоже – поесть,  не околеть на морозе,  хорошо отдохнуть и выспаться,  а вот содержание и форма этих потребностей,  средства к их достижению существенно изменились.  Чувствуете разницу между идеологией как особой формой общественного сознания и конкретным ее наполнением? Так о чем вы, господа, собственно, речь ведете?

     Теперь о так называемом «информационном обществе». Что это за зверь такой и с чем  его едят. Прежде всего, почему оно «информационное»?  Твердят  о компьютере, интернете (обязательно с большой буквы и с придыханием) и иных достижениях  современного  научно-технического прогресса. Но позвольте, разве переход к книгопечатанию, изобретение пишущей машинки и линотипа имело для человека в свое время меньшее значение? Различие, конечно, есть – кто спорит.  Но это различие чисто количественное, не дающее решительно никаких оснований, чтобы кудахтать, подобно молодой курице, снесшей первое в своей жизни яйцо.

     Приводят и такой аргумент: раньше-де для человека первостепенное значение имели природные ресурсы, а ныне им на смену грядет информация, которая становится  «главной производительной силой».  Не мне умалять значение информации  для современного общества. Но позвольте и тут кое о чем напомнить. Человеческий интеллект – не киплинговский кот, гулять «сам по себе» он не может. Его возможности жестко ограничены природой. Он не может продуцировать что-либо,    выходящее  за ее рамки, кроме мифов и бесплодных фантазий. Уже хотя бы по одному этому  природа и ее ресурсы никогда не потеряют для человека  своего доминирующего значения. Природа – естественная кладовая человечества, и эта кладовая не безмерна.

 Как-то в беседе со студентами на эту тему я напомнил  им эпизод из кинофильма «Семь дней одного года». На застолье по случаю удачного запуска космического корабля ученые   заспорили о перспективах полета человека в иные миры. «А как далеко вы намерены лететь»? -  спросил один из них. Точного ответа я уже не помню. Но вопрошавший тут же на салфетке произвел расчет. Оказалось, что такой полет невозможен. И не потому, что не позволяют технологические и технические возможности. Просто всей массы Земли не хватит для производства  такого количества энергии.  Эпизод весьма поучительный для тех, кто склонен к научному и социальному мифотворчеству. Особенно хотелось бы напомнить его «нашему президенту», одержимому idée fixe  превратить Россию в «великую энерго-сырьевую державу».  Война в Ираке и Ливане, возня вокруг Сирии и Ирана,  баталии -  пока еще, благодарение Богу,  только словесные и дипломатические  -  со всей очевидностью показывают, чего стоят все эти пространные разглагольствования о «информационном обществе» и какова идеологическая их подоплека.

    Нужна ли России новая идеология?  Как воздух, нужна. Нельзя плыть по жизненному морю «без руля и без ветрил». Но для ее разработки  нужно иметь четкое  представление о том, что такое идеология, не смешивать ее ни с мировоззрением, ни с эклектическим набором  всякого рода  взглядов и  представлений. Понимать, что  это особая форма общественного сознания, не сводимая ни к одной другой  ее форме, ни к арифметической сумме всех их вместе взятых. А потому и разработка ее возможна только при научном, объективном анализе той конкретно-исторической ситуации, в которой находится сегодня Россия.  Не пытаться  вывести ее из «симулякров», почерпнутых из зарубежных источников. Кроме бесплодного пустозвонства, из этой затеи ничего другого родится не может. Что наглядно и демонстрируют попытки такого рода. То тащат ее из идеологемы глобализации, то из доктрины евразийства, то из мифа об «информационном обществе», «модерне» и  «постмодерне».

     Давая периодизацию человеческой  истории, выделяют «традиционное общество»,  «индустриальное общество», «постиндустриальное общество» (именуемого то «информационным», то «модерном»). Но всякая классификация должна иметь   четкий критерий, указывать на тот существенный признак, который лежит в основе этой классификации. Так декретирует логика.  И когда Маркс поделил историю человечества на различные общественно-экономические формации, он такой критерий указал: уровень развития производительных сил и систему производственных отношений, которая складывается на  его основе. И этот его критерий, указывающий  на действительно  существенный признак всякого общества, сохраняет свою эвристическую силу и поныне. Чем  существенно отличались между собой СССР и, скажем,  довоенная Япония - уровнем индустриализации? Вряд ли кто-то осмелится это утверждать,  И СССР, и Япония были «индустриальными обществами». Вместе с тем они  отличались, и отличались принципиально, тем, что это были совершенно разные экономические и социально-политические системы. Маркс ошибся в другом:  он не учел, что  развитие мира –  противоречивый процесс и как таковой исключает любую унификацию;  что общие закономерности всегда модифицируются в особые формы и существуют в этих особых формах.  Всякая  энтропия,  природная ли  или  социальная,  – смерть, ибо исключают противоречия, а, следовательно, не содержат  внутреннего источника развития. Глобализация по-ковбойски  и «мировая социалистическая система» а ля Маркс-Ленин – «близнецы-братья, основанные на общей методологической ошибке  –  абсолютизации общего, игнорировании того, что это общее не существует без оборотной своей стороны  -   особенного. И та, и другая предполагают унификацию общества и тем самым ведут к «концу истории».

 Но  методологический просчет  Маркса  - это  другой вопрос. Главное же состоит в том, что у Маркса есть четкий критерий периодизации человеческой истории. Я просил бы указать тот критерий, на котором основана периодизация сегодняшних любомудров. Его  нет, есть одна сплошная эклектика, некая интеллектуальная «солянка сборная».

    Движение русских национал- социалистов сформулировало если не идеологию, то эскиз такой идеологии, охватывающий все сферы общественной жизни – экономическую, социально-политическую, духовную. Более того, оно конкретизировало ее в программу с четко означенными политическими требованиями. Пусть и этот эскиз идеологии, и эта программа пока  еще несовершенны,  пусть требуют  серьезной доработки. Но они есть.  Власть предпочитает  всего этого не замечать, приписывая русским национал-социалистам измышления своего собственного убогого ума.  Удивляться тут нечему,  ибо ее собственная идеология сводится к лозунгу: «Грабь созданное чужим трудом»!  Удивляет другое: что  интеллектуалы и политики, которые как будто и не состоят в штате «идеологического актива» Путина, страдают той же хронической слепотой и глухотой. Или вы страшитесь, господа, серьезного разговора по существу,  предпочитая  пробавляться   высокоученым пустозвонством?


Категория: 2012 год | Добавил: 7777777s (18.11.2012)
Просмотров: 193 | Теги: НАУКА И НАУКООБРАЗНОЕ ПУСТОЗВОНСТВО, леонидович, акулов, валентин